Ромашка не скажет…

0
50

Тогда она впервые услышала пение соловья. Была ночь: тёплая, по-весеннему наполненная густыми запахами цветущих садов…

В опустевшем парке тишина. Лишь лёгкое дыхание ветра беспокоило нежную листву лип. А промытый дождём асфальт слегка поблёскивал от тусклых электрических фонарей.

А ночь, действительно, была необыкновенной. Она под своим тёмно-синим шатром окрыляла молодые пылкие сердца двоих… Он был неутомимый романтик, и этим тронул её сердце. В тот вечер, уезжая в горы он пообещал ей привезти оттуда альпийских ромашек. Она верила ему и в мыслях уже представляла, что погадает на них. Ромашки должны были сказать: «любит», «не любит»…

Это была их первая встреча, а вместе с тем, первая надежда и ожидание. Никита хорошо помнит ту ночь, хоть и прошло 36 лет после нее. Это было 19 апреля 1975 года. Тогда Никита вернулся с гор и пришёл в Кубанский клуб на танцы. Беседуя с друзьями, он почувствовал на себе чей-то взгляд. Обернулся. Да, действительно, пристально, прямо в глаза смотрела девушка – Тамара. Её длинные бархатные ресницы были приподняты вверх, из-под них вырисовывались большие карие глаза.

Тамару Никита знал давно, ещё когда она была школьницей. Тогда ему не понравилась чрезмерная бойкость девочки. Она была дочерью медработника, а Никита выходец из простой сельской семьи.

Теперь Тамара стала совсем другой. В ней не наблюдался интеллигентский настрой, а сохранившаяся бойкость вдруг понравилась Никите. После окончания школы она поступила в Краснодарский монтажно-строительный техникум. В ст-цу Кубанскую к своим родителям она приезжала редко. Никита заметил, что в станице она стала появляться чаще, в том числе и на танцах.

В тот вечер Никита проводил Тамару домой, не потому что хотел воспользоваться случаем, а просто ему стало интересно пообщаться с новым человеком. Тамара очень любила поэзию, природу и всё прекрасное на земле. Никита вспоминает, как в тот вечер первой встречи она с замиранием сердца слушала удивительное пение соловья…

Всё прошлое, что связывало Никиту с Тамарой, хотелось забыть и начать жизнь с чистого листа.

Тамара делала всё, чтобы заявить о себе: сидела рядом с Никитой и даже порой назойливо не отступала ни на шаг. Глядя на него, она хотела чем-то помочь ему, но чем? Маялась, металась, постоянно спрашивала: «Почему ты такой грустный?».

На этот вопрос Никита не давал прямого ответа, да и не хотел обижать Тамару. По-прежнему провожал её домой. Друзья зароптали: «Как стал встречаться с Тамарой, так и нас забыл». Весть о том, что Никита стал встречаться с Тамарой, быстро облетела всю округу. «Ты знаешь, кто у тебя невестка?» — спрашивали люди у его матери. «Нет, не интересовалась», — отвечала она. «А мы знаем».

В то время Никита относился к Тамаре, как к новому другу. Если они были вместе, то это не означало, что было всё решено. Родители Тамары тоже узнали об их дружбе. Тамарина мама не теряла возможности заглянуть в танцевальный зал, чтобы увидеть, кто же её будущий зять. Никита не старался попадаться ей на глаза. А однажды, скрываясь от неё, спрятался на дереве, она все же увидела его, пришлось извиняться. Мама Тамары была очень доброй и без слов простила ему эту «шалость». С тех пор он перестал её избегать, а вскоре был приглашён в гости.

Дружеские отношения с Тамарой крепли, они переписывались. Однажды в ответ на своё письмо он получил от неё ценную бандероль, в которой оказались сочные апельсины. Никите стало неудобно за такую милость. Сотрудники по работе, узнав об этом, говорили: «Ты люби её, Никита» (не верили в то, что такую бандероль могла выслать обыкновенная знакомая).

А между тем приближался день, когда Никите предстояло в очередной раз отправляться в горы. На этот раз он должен был привезти Тамаре альпийские ромашки. Работа в горах длилась не больше месяца. Все это время Никита был «привязан» к ромашкам. Как только их увидит, сразу вспоминает Тамару. Он нарвал огромный букет ромашек, поставил его в банку на подоконник, любил смотреть на цветы и мечтать. Его шеф то и дело спрашивал: «И почему это ты так неравнодушен к этим цветам?». Никита пытался погадать на ромашках: «любит» или «не любит» его Тамара. И всегда выходило, что «любит».

И вот настало то время, когда он вернулся в свою станицу Кубанскую, но перед встречей чувствовал себя виноватым. Ромашек он ей не привёз. А может, это был рок судьбы? Хотелось Тамаре сделать приятное, но, к сожалению, в конечной точке маршрута на дороге и в поле их не оказалось. А сорванные им раньше не сохранились свежими. До чего было стыдно и обидно! Естественно, и встреча была мрачной. Тамара была невесёлой — не сбылась её заветная мечта. Никита стоял, как остолбенелый, не находил хоть немного ласковых слов.

А после этого словно всё пошло наперекосяк. Но со временем вновь наступили погожие дни в их отношениях. Если раньше Никита и в мыслях не мог представить себе, чтобы Тамару взять с собою в горы, несмотря на её просьбы и мольбу, то теперь сам вызвался повезти её с собой, чувствуя свою вину за прошлое. Там, в горах, он нарвёт букет ромашек и вручит ей. А она пусть гадает…

…Молодые были поражены окружающей красотой. Лирическое настроение было на высоте, и даже стихи сами по себе слагались:

Догорает лиловый закат,
Обдавая огнём облака,
И тоскует, печалится взгляд,
И кружит над тобой листопад.

Ромашки, увы, уже отцвели, и опять недосказанной оказалась история их отношений. Даже природа не способствовала сбыться мечте. Всё шло к тому: не быть добру.

У Тамары, оказалось, был непредсказуемый характер. От неё можно было ожидать чего угодно. Это выяснилось в процессе их отношений. И казалось, что грустно закончится их знакомство, но не тут-то было… Их отношения то утихали, то разгорались. Никите довольно часто приходилось быть у Тамары дома. Время шло, и уже все знакомые и даже посторонние люди строили догадки, что молодые думают пожениться. Никита никак не мог разобраться в своих чувствах. А это тормозило развитие нормальных отношений. Но кое-что они уже загадывали, заглядывая в будущее.

Прошёл один год их отношений. И опять весна… Начал распускаться лес, зацвели сады. Была Пасха. С Тамарой они отправились погулять за речку по висячему мосту. Там, в лесу, как раз цвели лесные яблони. Аромат блаженства распространялся вокруг. От счастья хотелось петь. Они фотографировались почти у каждого ручейка, деревца, полянки. В тот раз цвели не ромашки, а одуванчики, из которых они плели венки и примеряли друг на друге.

К этому времени Тамара закончила техникум, и ей предстояло отбыть в Невинномыск для прохождения практики. Срок разлуки предстоял в полгода. Больно было вспоминать то расставание. Из глаз Тамары катились слёзы. Её жалкий взгляд был тихим и преданным. Он доставал до самого сердца Никиты. Он стоял, словно вкопанный, не понимая, как можно изменить ситуацию.

Когда тронулся автобус, Никита махал ей рукой, не отводя глаз. От горечи наворачивались слезы, и только тогда он понял, как много в его жизни сделала Тамара. И что в его сердце она заняла не последнее место. Поначалу Тамара писала письма, а вскоре приехала домой. И оказалось, что расстались они ненадолго.

Но совсем внезапно Тамара прекратила с Никитой переписку. Не дождавшись от неё письма, он написал другое, но и на него ответа не последовало. Предстоящий её приезд к родителям задерживался. Наконец Тамара вновь появилась в станице, причём не одна. Молодого человека, который приехал вместе с ней, она представила своим «другом». Никита был ошеломлён, не знал, что ответить друзьям, которые, не унимаясь, спрашивали: «Вы что, поссорились?».

Никита верил, что Тамара опомнится. Откроет глаза, поймёт, что сделала неверный шаг. Но этого не последовало. В ответ на вопросы она отвечала, что Никита якобы любит другую. Ей ничего не оставалось делать, как принять скоротечное решение. Никита делал несколько попыток, чтобы помириться с Тамарой. Словно судьбой предполагалось больше не встречаться.

В скором времени у Никиты начались полевые работы в горах. Здесь он нашёл для себя утешение. Та же бурлящая вода, те же прибрежные камешки, те же жёлтые листья на деревьях, та же осенняя прохлада. Но среди всего этого не было Тамары. В душе его поселилась грусть. Что бы ни делал: стоял на самой большой вершине, пил чистую воду — всё время вспоминал о ней, что когда-то они по этим местам бродили вдвоём. В этот раз он нарвал огромный букет ромашек. Они предназначались Тамаре, но напрасно. Гадай, не гадай, сердце подскажет: «не любит».

Прошли годы, у каждого из названных героев жизнь сложилась по-своему. Но в чём-то и одинаково… Но в Кубанской Тамара уже не живёт. Поменяла место жительства. Недавно их совсем случайно свела судьба. Они стали перезваниваться и уже собираются приехать друг к другу в гости. Может, в этот раз всё же ромашка скажет правду…

Николай Гвоздёв.

«АР» № 92 (10304) от 23 августа 2011 г.

0

Оставьте комментарий

Пожалуйста оставьте Ваш комментарий
Введите Ваше имя