Хутор Подольский — тоже чья-то родина

0
424

Прошли мимо – и забыли! Хутор как хутор. Ничем неприметный… Сколько таких небольших, ничем не выделяющихся населённых пунктов у нас в отечестве. А ведь это чья-то малая родина, и для кого-то милее нет уголка на всём белом свете. И у каждого такого места своя маленькая история на фоне большой страны.

Хутор Подольский находится в двух километрах южнее поселка Нефтегорск, на отлогом склоне горы. Здесь до двух десятков домов, расположившихся вдоль одной улицы. Строения органично вписываются в окружающий ландшафт, и со стороны кажется, что они на самом деле не стоят на месте, а чинно и не спеша спускаются в балку к руслу небольшой реки Нефтянка, которая когда-то звалась Чокоха. В низине было озеро — Чаврико. Сейчас его нет: высохло в шестидесятых годах прошлого столетия.

Сам хутор располагается в очень живописном месте — белоснежная вершина горы Пшехасу на горизонте и раскинувшиеся вокруг огромные зелёные волны поросших лесом холмов поражают своей красотой.

Появление хутора связывают с окончанием Кавказской войны и относят к 1863 году. Примерно в это же время по соседству с Подольским появляются и другие населённые пункты: Озеров, Аваков, Бакинка, Червяков, Папоротный, Кушинка, Кубано-Армянский. Сейчас от многих из них остались одни названия.

Считается, что хутор назван по фамилии своего основателя – хорунжего Подольского – казака станицы Нефтяная. П.В. Ивин в своей книге «Станица Нефтяная: в прошлом и настоящем», изданной в 1914 году, в списке первых станичных начальников называет и хорунжего Подольского, но далее пишет, что он ничем не отличился и жители «помнят только, что хорунжий Подольский, кажется, в 1867 году на первый день Пасхи застрелился. Остался его участок, который впоследствии был отмежеван церкви, но до сих пор он зовётся «Подольским». Ещё каких-либо упоминаний о деятельности жителей хутора или событий, связанных с ним, относящихся к тому времени, больше найти не удалось.

В начале ХХ века в окрестностях хутора Подольский приступили к разработке нефти. А чуть позже по соседству появляется посёлок нефтяников — Нефтегорск. Сейчас граница между этими населёнными пунктами практически размыта. В разное время хутор Подольский как административная единица входил в состав и Майкопского района, и Шаумянского, и Апшеронского.

После революции хутор Подольский был в составе колхоза имени Чапаева. Правление колхоза находилось на хуторе Кубано-Армянском. В 1957 году колхоз преобразовали в совхоз. Основным направлением хозяйственной деятельности колхоза было выращивание табака, и большинство хуторян работали там. Ещё на небольшой речке построили мельницу, на которой перемалывали зерно для местных и жителей близлежащих поселений.

Ранее хутор располагался ниже того места, где он сейчас. До войны он был большой, раскиданный по склону. Только в центральной его части стояло около 50 домов, да ещё вокруг небольшими группами располагались жилые строения. Национальный состав жителей хутора был пёстрый. Жили здесь и армяне, и русские, и украинцы. Даже цыгане на какое-то время поселились целым табором на окраине хутора. Жизнь кипела.

Неподалёку от хутора располагалась военная часть, и некоторое время поблизости была трудовая колония.

Сейчас на хуторе проживают около 90 человек. В основном это те, кто переселился сюда из окрестных – уже не существующих – хуторов и приезжие из центральных областей России и с Севера.

Заметным фактом сегодняшней жизни хутора можно назвать замечательный ботанический сад, созданный местным жителем — Сергеем Александровичем Сидоренко. Сад по-своему уникален: в нём произрастают более 1000 различных видов и сортов растений. Помимо редких эндемиков, здесь есть растения, не встречающиеся ни в одном ботаническом саду на территории России. За саженцами в хутор Подольский приезжают ботаники со всей страны. И что, пожалуй, не менее важно, – это исследование возможности переселения некоторых видов за пределы ареала их обитания.

Уникальности сада способствуют и местные климатические условия. «У нас в саду более 100 видов вечнозелёных лиственных растений, — рассказывает про свой сад Сергей Александрович, — местный климат позволяет нормально зимовать некоторым видам. Представляете: снег лежит, а растения зелёные! И ещё мы специализируемся на нетрадиционных пищевых растениях. То есть деревья и кустарники со съедобными цветками и листьями. Как пример: Клекачка колхидская, её называют ещё Джонджоли. Это традиционный грузинский деликатес. Она растёт в диком виде, а мы её ввели в культуру».

Кто знает, может быть, через некоторое время именно благодаря энтузиазму жителей хутора на наших столах появятся экзотические фрукты сорта «Подольский», а озеленение наших городов будет восхищать приезжих своей красотой.

Кажется, что тут такого? Подумаешь, какой-то хуторок, где кто-то выращивает какие-то растения! Какая мелочь! А ведь из таких мелочей и состоит вся наша жизнь. И значит, нет непримечательных мест – это просто мы их не замечаем.

Свидетель истории

Старейшему жителю хутора Подольский — Гранту Киркоровичу Андоняну сейчас 87 лет. Всю свою жизнь он провёл в Подольском и помнит многие детали.

— Я здесь родился и прожил всю жизнь. Нас в семье было 7 детей: 4 брата и 3 сестры. Старший брат был 1925 года рождения. Самая младшая — 1941 года. В 1942 году отца забрали на фронт, и мама воспитывала нас одна. Сейчас только я и ещё одна сестра остались.

Дом моих родителей находился ниже, в балке. Он до сих пор стоит. В посёлке много народу было. Очень много. Помню, там жили Трегубовы, Полишенки, Каранкины чуть в стороне — отец Иван и двое сыновей. Дома были в основном, саманные, а крыши у всех соломенные.

Начальные школы были. Были и армянские школы. В Кубано-Армянском был сельсовет, и там армянская школа была. Потом она закрылась, потому что учителей не стало — они поразъехались. Я учился в школе, которая была на улице Победы, на третьем отводе. Школа была кирпичная, двухэтажная – семилетка. В классе учились по 30-35 человек. Учительницу помню мою. Звали её Панна Денисовна Калашникова, сын у неё лётчиком стал. До войны здесь много детей было. Шумел хутор Подольский.

Когда война началась, в хуторе остались в основном старики, женщины и дети. Мужчин на фронт забрали.

Хорошо помню, как немцы появились на хуторе. Это было в конце лета или в начале осени. Мы с ребятами играли в дукрас (такая игра, что-то вроде чижа), а они приехали на трёх мотоциклах и встали вон там. На каждом мотоцикле по три немца. Мы перестали играть, смотрим на них: сидят, осматриваются, разговаривают по-своему. Потом остальные появились.

В каждом доме разместились по несколько человек, в зависимости от того, у кого какой дом. У нас две комнаты было — нас всех переселили в одну, а четыре солдата жили в другой. Немцы как-то незаметны были. Больше досаждали румыны – они какие-то злые были. И ещё полицаи. Это же жители нашего района, даже соседи, а вели себя хуже немцев. У нас свинья была – полицаи пришли, застрелили её, погрузили на телегу и увезли. Отнимали всё, что понравится.

Через шесть месяцев немцев прогнали.

После войне работал в колхозе, служил в армии. Женился: у меня 3 детей, 9 внуков, 12 правнуков, 2 праправнука. Я самый старый из жителей Подольского, кто здесь жил ещё до войны.

Юрий Мухтаров

Print Friendly, PDF & Email
7+

Оставьте комментарий

Пожалуйста оставьте Ваш комментарий
Введите Ваше имя