Виктор Калашников: Таинственное озеро

0
89

рассказ

На последнюю перед началом учебного года неделю родители отправили сына в станицу, к дедушке с бабушкой. Впервые — одного! Отец посадил его на автостанции в автобус, который через два с половиной часа доставил Артёма на место.

Из города выезжали в предвечерней духоте, особенно невыносимой в многочисленных пробках… Пока ехали, солнце село, так что в станице Артём вышел из автобуса в непривычную прохладу, усиленную близостью высоких гор. Поёжившись, Артём, чтобы согреться, побежал вприпрыжку по знакомой гравийке к улице с дедушкиной хатой…

Старики вечеряли на лавочке у калитки. Увидев неожиданно подбежавшего внука, обрадовались:

-Помощник прибыл! А отец с матерью что — отстали?

-Я один приехал!

-Как один?! -удивились старики в два голоса.

-Папе с мамой уже на работу завтра выходить. Мы сегодня только с моря вернулись.

-До последнего дня, значит, дотянули. Что пришлось сына без присмотра в дорогу отправлять…- старики явно были недовольны поступком родителей.

-Билеты сейчас вон какие дорогие! А папе на один бы день пришлось ехать, — оправдывался за родителей Артём. -Он обещал в субботу за мной приехать.

-С матерью? -спросила бабушка.

-Один. У мамы стиру, говорит, накопилось…Уборку будет наводить.

-Стиру у неё накопилось, поменьше по морям надо гореть. — Проворчала бабушка, она недолюбливала сноху. Дело в том, что сын их, отец Артёма, на последнем курсе университета женился на сокурснице-горожанке и жил теперь по её понятиям в примаках.

А дедушка спросил:

-Хорошо погорели?

-Мы не горели, а загорали. Я под водой с маской охотился! Двух крабиков поймал!..

-А ели что? -расспрашивала бабушка. -Было на чём готовить или всухомятку питались?

-Нас кормили, мы с питанием путёвки брали. Мама отдыхала!

-От чего ей отдыхать: ни хозяйства, ни огорода нет!

-От работы. Знаете как она на работе устаёт! К тому же ей в переполненном трамвае больше часа в один конец приходится ездить!..

День первый.

По утрам в станице Артём вместо физзарядки собирал упавшие за ночь яблоки в саду-огороде. Под старыми раскидистыми деревьями падалик валялся почти сплошняком, так что в руку можно было ухватить два, а если мелкие, то и три яблока. Наполненные вёдра Артём с помощью бабушки высыпал в мешок. После дедушка увозил их на мотоцикле в заготпункт.

…Сделав дело, Артём набрал в карман тыквенных семечек и вышел за калитку, сел там на лавочку. В уличной дали гомонили, гоняясь друг за другом, мелкие. Чуть ближе, в тени старой яблони-дички на противоположном углу перекрёстка, копошились, играя в магазин, девчонки. Среди них Артём узнал младшую сестрёнку Толика, здешнего своего другана, с которым был знаком столько, сколько помнил свои приезды в станицу. С Толиком они ходили на речку рыбачить или купаться, в лес по грибы или за ежевикой. И Артём подумал, что надо, пожалуй, спросить у неё про Толика — где он?…

Отцы ребят когда-то учились в одном классе. Женились в один год. И теперь не то чтобы дружили, но сиживали, бывало, вечерами на лавочками, подолгу разговаривая «за жизнь». Отец Толика работал рамщиком на местной лесопилке и Артём не раз слышал как бабушка ставила его в пример отцу: «Хозяйственный мужик. Поросёнка держат, теплицу сделали, в огороде всё посажено…Без роду, без племени — приезжие, а гляди-ка, хозяин получился на загляденье! Не то, что ты…» «Я художник, мам, и тоже работаю…»-слабо оправдывался отец.

…Пока Артём размышлял, спросить или не спросить про другана, на противоположной от него стороне улицы, чуть дальше от перекрёстка, из-за рядов поленниц появился сам Толик. Оглядевшись, он крикнул что-то резкое сестрёнке — та быстренько собрала свои тряпочки и, часто оглядываясь на подружек, побрела к дому. Толик же зашагал, небрежно помахивая целлофановым пакетом, к перекрёстку. Увидев Артёма, приветливо улыбнулся, подошёл:

-Приехал? Давно тебя не было.

-А — на море отдыхал.

-Что — всё лето?

-В июне, июле — по десять дней в лагере на море или в лагере при школе, в августе — опять на море, с родителями.

-Не хило. Я в магазин — пойдёшь со мной?

-Подожди — спрошу у бабушки, не надо ли ей чего.

Быстренько сбегал в огород к бабушке:

-Не надо, говорит, что надо было дедушка утром купил. Но схожу с тобой — за компанию, всё равно делать нечего…

По дороге расспросил другана о местном житие-бытие:

-На рыбалку ходишь?.

-Редко — некогда, да и клюёт плохо.

-А в лес?

-Ходил, пока ожина была…После картошку долго копали: картошку копать — это тебе не кукурузу ломать. Медленно — пока выберешь всю из земли. Да и начало лета дождливое было: как ни пололи — такая трава наросла, что перед тем как копать — косить ее пришлось иначе рядков не видно! Батя говорит — в наше время, если хочешь что-то иметь с огорода, техника нужна!

-Мотоблок, что ли?

-Как минимум. Ну, и машину, чтобы выращенное на рынок отвозить: батя бы отвозил, мамка торговала…

В магазине оказалась небольшая очередь. Толик спросил, кто крайний. «Я крайняя»-ответила ему старушка. После чего Артём не выдержал и напомнил ему вполголоса:

-Крайний, когда с краю вокруг чего-то, в очереди спрашивают последнего.

Но Толик на это возразил:

-Ага, если я спрошу последнего — обидятся, кому хочется быть последним…

Набрав заказанного родителями товару, пошли домой.

-Жарко будет сегодня — на речку сходим?

-Купаться — до полудня вода холодная, а загорать — на море не назагорался?

-Причём тут загар — на речке хорошо! Не так, конечно, как на море. Там я с маской плавал, не охотился, а так, на подводный мир смотрел, но двух крабиков поймал…

-Крабиков! И куда девал?

-Маме отдал — она на работе кому-то обещала привезти.

-А я теперь рыбу банками ловлю — батя научил!

-Как это — банками?

-Пойдём на речку — покажу. Лежишь — загораешь, а рыбка сама в это время ловится: ни удилища держать не надо, ни ждать, когда клюнет…

Обычно они ловили рыбу удочкой, но клевало плохо: то ли ловить ещё не умели, то ли рыбу распугивали браконьеры, ловившие «хватками» или «телевизорами».

От магазина улица вела круто вниз по склону к неширокой долине реки, на противоположной стороне которой слева и справа возвышались горы в далёкой дали снежные. И Артём каждый приезд невольно любовался ими, не скрыл восторга и сейчас:

-Какие тут, всё-таки, горы! Повезло тебе — каждый день ими любуешься!

-Больно надо — чего ими любоваться. Горы как горы!

-Не скажи. И тысячу лет назад были такими, и всегда такими останутся. Красота — вечная!

-Ничего вечного нет, -вяло возразил Толик.- Там лес рубят — вырубят и изменятся горы. И вообще они постепенно разрушаются. Помнишь из географии: Урал — старые горы, Кавказ — молодые. Значит. Когда-то и они станут старыми… Да и что проку от красоты, если от неё ничего не имеешь. Красота должна приносить доход — как, например, Гуамское ущелье…

Артём не нашёлся чем возразить, лишь вспомнил:

-Папа рассказывал — тут где-то неподалёку даже озеро есть.

-Какое еще озеро! Не слыхал я ни про какое озеро, — не поверил Толик.

-На той стороне реки. Километрах в пяти, говорил, от хутора. На месте провала, когда-то образовалась, у черкесов даже легенда, говорил, про него есть. А до революции на его берегу хутор казака Молчанова был, теперь от него лишь название вытекающего из озера ручья сохранилось. Представляешь, в лесу, вдали от дорог — хутор!

-Раньше люди жили, где хотели, это теперь живут, где укажут.

-Почему ты так думаешь?

-Электричество надо подводить, чтобы работа людям была, клуб, школа, администрация, магазин… опять же дорога нужна, чтобы товар в него привозить.

-До войны туда узкоколейка, говорил, была проложена, но лес в его окрестностях вырубили и её, конечно, разобрали… Одно время там даже пионерлагерь собирались построить, но так и не построили.

-Вечером спрошу у бати, что там за озеро. Но сомневаюсь, что оно вообще существует — он бы меня сводил.

-Твой отец не здесь родился, вот он и не знает. А мой папа в детстве несколько раз бывал на озере, тогда к нему хорошая протоптанная тропинка вела, местами даже насыпь узкоколейки сохранялась и останки мостов через ручей. Сейчас всё заросло, конечно.

-Ну и что, что не здесь! Зато теперь он всё тут знает, везде бывал…

Расстались, договорившись о том, что как только Толик освободится от дел по хозяйству, то зайдёт к Артёму. Появился он только часа через два. С его помощью Артём легко отпросился у бабушки:

-Ба-а, можно мы с Толиком на рыбалку пойдём? Он научит меня банками ловить. Есть у нас банки?

-Есть как не быть. Какие тебе?

-Ну, семьсотграммовые, литровые,-ответил за него Толик.-Банки две хватит — одну такую, одну такую…

-Осторожней, смотрите, на реке — глубоко не заходите! — напутствовала она ребят.

-Мы не дураки,-отозвался Толик.-Да в глубоком месте банку и не поставить — течением снесёт…

День второй.

Утром, когда Артём еще завтракал в летней кухне после сбора падалика, с улицы его позвала Толик:

-В магазин пойдёшь?

-Нет, у нас дедушка в магазин ходит. Но заходи — поем, составлю тебе компанию…

На завтрак бабушка нажарила пойманных вчера пескарей — более крупная рыба в банки не заходила.

-А моих мама курицам скормила,-с сожалением сказал Толик, увидев сковородку с залитую яйцами пескарями.

-Попробуй наших.

Отведав пескарей с яйцами, Толик похвалил:

-Вкусно. Сегодня наловим — скажу маме, чтобы тоже пожарила.

-И бабушке понравились. Дедушкина рыба, говорит, крупнее, зато и костлявее, а пескариков можно прямо с косточками есть. Жаль ты вчера вечером не зашёл — мы пельмени стряпали!

-Хорошо живёте — летом с мясом!

-Это я из города лыток привез — бабушка из них любит фарш делать…

Артём отпросился у бабушки и уже по дороге в магазин вспомнил про озеро:

-Ну, что спрашивал у отца про озеро?

-Спрашивал. Есть, говорит, на той стороне, за хутором. Вначале по трассе идти, после где-то после Молчановки надо свернуть с нее направо… Обещал сводить осенью, когда травы в лесу поменьше будет.

Артём понял, что ему в таком случае озера долго не увидеть. Стало обидно, что Толик побывает там первым, поэтому он решил приблизить событие:

-Когда приведут и покажут — не интересно. Самим бы его найти! Вот ты двенадцать лет здесь прожил, а даже не слыхал про него. Что показали, то знаешь, что не показали — не знаешь. Разве не интересно самому, например, узнать как называется вот та гора или вон то дерево?

-Ну, дерево-то я знаю — это груша. А вот гору нет — у нее же не спросишь.

-Эх ты, это Котовка! А вон то Холодный хребет…

-Самим нам озеро не найти. -хмуро возразил Толик. -Знаешь, сколько в лесу дорог!

-Людей поспрашиваем! Не может быть, чтобы мы в лесу никого не встретили. Мы с папой, когда за город ходили, всегда кого-нибудь да встречали!

-А вдруг бандитов тех встретим!

-Каких бандитов?

-Что из колонии сбежали.

-А если не встретим? Знаешь пословицу: волков бояться — в лес не ходить…

С неделю уже станицу будоражили слухи о якобы скрывавшихся в окрестных лесах двух заключённых, сбежавших из колонии. То их якобы видели лесорубы в горах, то они якобы украли продукты у пасечников, то их якобы уже поймали…

-Вообще-то, если на озеро на самом деле давно никто не ходит, то там, наверно, рыбы полным полно развелось,-предположил Толик.

-Конечно! Озеро-то лесное! Не может быть, чтобы рыба в нём не водилась. Папа рассказывал, они в детстве на рыбалку туда ходили. -поддержал друга Артём.

-Тогда надо будет удочки с собой взять.

-Вначале надо озеро найти — после удочки брать, а то будем с ними по кучерям лазить, лишний груз… Ну, что — поищем?

-Надо попробовать. Для начала надо поворот с трассы хотя бы найти и посмотреть, что дальше там за дорога…

Пообедав, Артём взял для отвода бабушкиных глаз две банки и пошел к Толику, чтобы оставить их у него. Проулком вышли к насыпи бывшей узкоколейки и пошли по гравийке вдоль нее. Впереди маячила Котовка, в которую, казалось,упиралась гравийка, но по мере приближения к горе она как бы отодвигалась от них, смещаясь вправо. Было совершенно безветренно и послеполуденное солнце на открытом месте жарило, казалось, немилосердно — ребята то и дело вытирали со лба пот.

-Скорее бы лес, что ли — а то ни облачка, ни ветерка.

-Терпи — мы еще даже из станицы не вышли…

Хаты и огороды по левой от насыпи стороне тянулись почти до самой реки. Насыпь во многих местах заросла колючим кустарником ежевики и ребята то и дело подходили к ним, чтобы посмотреть, есть ли еще ягоды, но они большей частью были уже засохшие.

-Здорово! Ожина прямо на улице растёт, людям и ходить за ней никуда не надо — вышел со двора и собирай…

Миновали лощину и упёрлись в край мостового настила через реку — самого моста, увы, не было.

-Вот сволочи и мост уже срезали на металлолом!- возмутился Толик.

-Кто, воры?-не понял Артём.

-Начальство! Рельсы по их приказу бригада рабочих сваркой срезала, краном на машины грузили. С месяц, наверно, бригада работала….Батя говорит начальство машин себе за металлолом напокупали — все на иномарках теперь ездят!.. Мало им рельс показалось — и мост срезали! А как теперь людям на тот берег переходить? Там остановка автобуса на трассе перед въездом на хутор была…

Оглядели с бугра реку. Оба берега тут высокие и поросшие кустарником, но ниже по течению река так расширялась, что её можно было легко перейти вброд по каменным плитам с мелкими перекатами, и противоположный берег там был пологий. Сбоку от входа на бывший мост вниз к воде вела крутая тропинка. Спустились по ней, цепляясь за кусты, на песчаный берег. Пощупали воду — тёплая.

-Давай искупаемся,-предложил Артём.

-Давай…

Быстренько разделись и побежали по намытому в весеннее половодье песочку к воде. Благодаря близкой опоре моста, тут был омут и можно было даже поплавать… После, не одеваясь, спустились ниже по течению реки к плитам по ним и перешли ее вброд. Оказавшись на пологом берегу, оделись, поднялись на бугор и по тропинке направились к трассе, пролегающей у подножья Котовки. Вышли на трассу, но идти по асфальту под палящим солнцем опять стало жарковато.

-Давай краем леса пойдём — там хоть тень, да и поворот точно не пропустим,-предложил Артём, в который раз вытирая со лба пот.

Однако и пройти к лесной опушке оказалось делом не простым — Толик перепрыгнул было через заполненным водой кювет, но и на другом, низком его краю промочил кроссовку в невидной из-за травы воде: «Мочак!» В другом месте перепрыгнули через кювет, когда увидели ведущий от него след. Пошли по нему, осторожно ступая по сыроватому дёрну… Вдоль опушки тянулись, переплетаясь, несколько тропинок с отпечатками коровьих копыт. Пошли по ним, не углубляясь вглубь леса. В тени деревьев идти было прохладней и гораздо интересней — огибать чащобы и кустарники, находить грибы, чаще все поганки и полузасохшие сыроежки. Лесная опушка тем временем приближалась к трассе, которая рассекала тут лес. За поворотом показался железобетонный мост. На дне глубоковатого оврага под ним извивалась речушка. Вода в ней была не очень прозрачная, тем не менее ребята спустились к ней, чтобы напиться — очень хотелось пить. На вкус вода оказалась неприятно-горьковатая.

-Завтра обязательно надо будет воды с собой взять,-заключил Артём.

-И еды. Без воды и еды в лес не ходят — на случай, если вдруг заблудимся…

Вскоре за мостом лес расступился: слева открылось поле, справа нечто вроде поляны, очень поросшей невысоким кустарником. Среди кустарника паслось стадо коз. Пасла их женщина, взволнованно ходившая туда-сюда по середине трассы. Заговорила она с ребятами еще издали:

-Как меня сейчас змея напугала! Вот такая!-женщина развела руками на всю их длину.

-Где она?-испугался Артём, а Толик усомнился:

-Может уж?

-Змея! Ужей я знаю. У них пятнышки по бокам головы.

Толик взял у женщины палку и побежал туда, где была змея. Потыкал ею высокую траву за кюветом — змеи, конечно же, и след простыл. Артём змей боялся, поэтому остался возле женщины, послушать подробности.

-За лягушками, наверно, охотилась. Как шарахнется от меня, а я — от неё!..

Артём слушал с замиранием сердца — а если бы женщина наступила на неё! Точно укусила бы!

Не найдя змеи, к ним воротился Толик:

-Уползла — больше вам нечего бояться. Можете возвращаться под кусты, в тенек.

-Нет уж, я лучше здесь похожу — скоро домой надо будет коз гнать. А вы куда это направились — вечер скоро!

-Поворот на озеро ищем. Не знаете, где он?

-Их несколько — поворотов. Вон поворот. Тоже, говорят, на озеро,- она показала на едва различимые в высокой траве колеи бывшей дороги. -И дальше есть повороты.

-Нам бы самую короткую дорогу туда.

-Самую короткую не знаю, да и вообще никакой не знаю — не хаживала туда. Наверно, та самая короткая, по которой больше ходят. Эта вон совсем заросла…

Заросшая дорога доверия не внушала. И ребята решили посмотреть на следующий поворот — каков он? Тем более, что уже видно было место, где трасса опять входила в лес. Казалось — недалеко, а идти пришлось долго: множась на шаги, пространство словно раздвигалось. Перед опушкой начался малозаметный подъём, который в лесу кончился взлобком. Спускаться с него дальше по трассе ребятам не пришлось — тут же оказался поворот направо. Но тот ли это поворот? Солнце лишь приближалось к лесистому хребту, поэтому путешественники решили немного пройти в сторону от трассы — посмотреть, что там?. Отмахиваясь от враз налетевших невесть откуда паутов и мошек, пошли по очень затененной грунтовке. Она резко петляла среди деревьев, колеи были продавлены довольно-таки свежими зубцами машин или колёсных тракторов.

-Видно, ездят на озеро,-предположил Артём.

-На колёсах с такими зубцами — запросто.

Косые солнечные лучи уже начали застревать в макушках высоких деревьев, сгущая тени — а от земли, от густо росших папоротников поднимался запах тленья и сырости. Артёму незнакомый лес казался подозрительно-угрюмым, а шум ветра в макушках — зловещим. Толик же удивлялся изобилию папоротника:

-Вот куда надо за ним ездить! А то у нас на горе уже почти весь вырезали..

-Папоротник-то тебе зачем?

-Как зачем? Для подстилки, когда картошку в бурт будем закапывать на зиму — его запах мыши не переносят. Разве твой дедушка не закапывает?

-Они картошку в погреб на зиму ссыпают…

Проехавшая по грунтовке мощная техника, сшабаркнула на крутых поворотах кору толстых деревьев, поломала тонкие стволы и ветки. Кроме того, по сторонам виднелось много свежеспиленных пеньков и горки относительно свежих сучьев..По ним Толик и определил возможную причину появления тут мощной техники:

-Здесь лесоразработки недавно были — или кто-то браконьерничал, наверно…

Прошли, наверное, с километр по грунтовке, ведущей вверх некрутого склона — ни конца леса, ни вершины хребта не предвиделось, а уже вечерело. И путешественники решили возвращаться. Назад шлось веселее — был хотя и пологий, но всё же спуск. Неожиданно быстро вышли на трассу, и по ней идти какое-то время под гору. Тем не менее, уже мечталось о попутке — чтобы сократить время возвращения домой. И им повезло — вскоре показался попутный «жигулёнок». Он еще скатывался по склону от леса, а ребята уже подняли руки — водитель ехал один, и это обнадёживало. «Жигули» остановились.

-Дяденька, довезите до хутора!

Бородатый водитель молча кивнул на заднюю дверцу. Ребята плюхнулись на потёртое, пыльное сиденье и словно в ином мире очутились — в салоне гремел магнитофон. Певец хриплым голосом жаловался на кашель по утрам и рассказывал о возможных причинах, его вызвавшем: куреве и водке. Песня ещё не кончилась, а они уже въехали в хутор и вскоре остановились у магазина на повороте:

-Приехали!

Оглушённые ребята сказали водителю «спасибо», вылезли из машины и какое-то время шли молча, осмысливая впечатление.

-Кто это пел,-спросил Толик.-Вроде, не Высоцкий.

-Высоцкий таких песен не пел…Это вообще чёрти что, а не песня!-заключил Артём…

Хутор и их околодок станицы соединяла кладка, пешеходный переход на тросах, натянутых над рекой. Но до кладки еще предстояло пройти по тропинке через пустырь поймы.

-Устал?-спросил Толик.

-С чего? Мы с папой и поболе хаживали. Он даже научил меня в лесу ориентироваться — по деревьям, по солнцу.

-Когда заблудишься, про всё забудешь.

-Не скажи. Я общее направление движения всегда запоминаю. Вот ты знаешь, куда мы сегодня шли?

-Озеро искали.

-На восток! А сейчас на северо-запад идем — видишь солнце где садится?..

Бабушка встретила Артёма удивлением, что так долго рыбачивший рыбак явился домой без улова. Внук лишь пробурчал в ответ что-то невразумительное. Расстроился, что ничего не поймал, сделала она вывод — ничего, дед тоже не всегда с уловом приходит…

День третий.

Утро опять выдалось солнечным, со слабым западным ветерком, в это время года самого тут тёплым.

На поиски таинственного озера, конечно, лучше всего было бы выйти пораньше, но пока Артём собрал падалик, пока они с Толиком сходили в магазин за заказанными его родителями продуктами — в поход отправились лишь в десятом часу. С собой на этот раз взяли полтарушку воды, помидоров, огурцов, хлеба. Маршрут предпочли вчерашний, как им казалось, самый прямой: по улице вдоль насыпи бывшей узкоколейки до бывшего железнодорожного моста через реку. Купаться не стали — вода показалась еще холодноватой, да и некогда было: «Найдем озеро — в нём искупаемся». Перешли реку вброд и вскоре уже оказались на трассе за хутором. Толик предложил подождать попутку, мол, не интересно идти там, где ходили только вчера, да и заодно проверим, тот ли это поворот к озеру:

-Скажем шофёру: довезите до поворота на озеро — он и остановит, где надо.

-А если шофёр не будет знать, -возразил было Артём.

-Как это не будет — они тут везде ездят…

-Пошли, -не терпелось Артёму, он не любил ждать. -Её, может, долго не будет.

-Сегодня рабочий день — сейчас будет какая-нибудь.

Стоять на открытой трассе под солнцем становилось жарковато, поэтому всё-таки пошли — в движении хоть какой-то ветерок обдувал. Толик шёл, часто оглядываясь, и поэтому первый увидел вывернувшую из-под подножья Котовки иномарку. Ребята дружно подняли руки, но иномарка промчалась мимо, не сбавив скорость, хотя в ней сидел лишь водитель.

-Глава администрации куда-то поехал,-узнал его Толик.

-Мог бы и нас подвезти.

-Глава — нас! Ишь чего захотел!..

Не прошли и ста метров как сзади вновь заурчал мотор, на этот раз грузовика. Солнце светило от него, поэтому не видно было, сидит ли кто рядом с водителем. Тем не менее ребята «голосонули» — на всякий случай. «Газик» остановился:

-Куда вам, пацаны?-спросил очень небритый водитель.

-До поворота на озеро!

-Садитесь.

Ребята суетливо оббежали машину спереди где их уже ждала приоткрытая дверца с надписью: «Пассажиров не брать».

-Вам до какого поворота — до первого или второго?-спросил водителей, когда поехали.

-От которого короче будет идти.

-От первого, пожалуй, короче, по долине Молчановки. Но там, говорят, так заросло всё, что и тропы не видно.

-А от второго дорога лучше?

-Разбитее — по ней недавно лес с хребта спускали. Но вам по ней не ехать. Правда, там пару крутых подъемов, но вы молодые — преодолеете. Эх, годы, годы — я в вашем возрасте дневал и ночевал на озере!..

Машина тем временем въехала на взлобок в лесу и водитель остановился на знакомом им повороте: «Вот он, поворот».

-Спасибо!-поблагодарили ребята, вылезли из кабины и бодро зашагали по знакомой уже очень петляющей лесной дороге. Высокое солнце пробивалось сквозь макушки деревьев и пёстрый лес казался Артёму приветливее, чем накануне. Среди редкой травы по сторонам кое-где виднелись жёлтые россыпи падалика дички, некоторые яблочки были крупненькими и Толик, время от времени, пробовал их на вкус, поглядывая наверх — много ли ещё висит их на ветках.

-Вот где дички так дички!-восторгался он.-Но её кто-то и здесь собирает…

Он же первым заметил и свежие мотоциклетные следы.

-По ним пойдём, может, кто-то на озеро ехал,-обрадовался следам Артём.

-Вряд ли. Батя говорил на мотоцикле туда не проехать. Где-то здесь поляны должны быть, скорее всего кто-то сено косил на них…

Извилистая лесная дорога вывела путешественников на небольшую поляну. На противоположном её краю виднелись штабеля брёвен — глубокие колеи свернули к ним, а прямая дорога после этого враз преобразилась в заросшую травой, а в лесу покрытую толстым слоем сухих листьев. Там, где листья смыло ручьями недавних ливней, опять отчётливо просматривались свежие отпечатки мотоциклетных следов.

Чем дальше уводила ребят дорога, тем круче становился склон. Лес постепенно редел и расступался, обнажая разделённые перелесками поляны. В перелесках то тут, то там виднелся падалик дички, но уже не россыпями. Внимательно оглядев деревья, Толик определил:

-Сегодня или вчера кто-то собирал, но много ещё осталось висеть. Мы с батей не оставили бы — всё стряхнули, чтобы не приходить на то же место ещё раз.

Выше по крутому склону время и дожди превратили бывшую дорогу в такие глубокие промоины, что приходилось идти по обочине, то и дело спотыкаясь о невидные в траве рытвины.

Миновав очередной перелесок, ребята вдруг увидели на краю поляны кузовной мотороллер «Муравей». Огляделись по сторонам — никого не видно и не слышно. Однако, подойти к мотороллеру не решились — в кузове его стояло два мешка: один полный и завязанный, другой наполненный лишь наполовину. Значит, сборщики были где-то поблизости.

-Позовём?- предложил Толик.-Заодно про дорогу на озеро спросим.

-Ну их — сами найдём, -не согласился Артём, ему оставленный без присмотра мотороллер казался подозрительным.-Скоро вершина, может, с неё уже озеро видно будет.

-Тогда пошли, а то ещё подумают, что украсть хотели…

На следующей поляне дорога неожиданно разветвлилась: одна свернула влево через ложбинку и скрылась в леске за ней, другая вела прямо к видневшейся вершине склона. Пошли прямо. Вершина оказалась кособоким гребнем, дугообразно огибающим поросшую лесом котловину. За котловиной открылись еще горы, пониже той, на которой стояли

ребята. Никакого озера ни внизу, ни дальше не было видно. Дальше полузаросшая травой дорога пролегала по гребню и исчезала в леске. Ребята решили сделать привал, чтобы подкрепиться съестными запасами и обдумать дальнейший путь.

-Говорил, давай спросим у тех, кто дичку собирал!-недовольно сказал Толик.

-Недалеко ушли, можно вернуться и спросить…

Так и сделали. Мотороллер стоял на том же месте.

-Эй, есть здесь кто-нибудь!-Крикнул Толик.

-Есть! Сейчас!-донёсся из чащи в глубине оврага мужской голос.

Вскоре послышался треск сучьев и из чащи вышел мужчина с двумя не полными вёдрами дички в руках.

Ребята поздоровались с ним и Толик спросил:

-Вы не подскажете нам дорогу на озеро?

-Что, заблудились?

-Нет пока, но выше там развилка и мы не знаем, по какой дороге идти.

-Первый раз, что ли, идете? Тогда не найдёте.

-Почему не найдём?

-Дорог в лесу много: расходятся, сходятся. Я б, наверно, и сам теперь не нашел — давненько там не бывал. Хотя два-три грушняка хороших там знавал, но в ним теперь не проехать, а на себе мешки тяжело нести.

-А дичку вы зачем собираете?-спросил Артём.

-Как зачем?!-удивился мужчина.-Сушу и продаю. А вы что в гостях здесь?

-Он в гостях,-пояснил Толик.-Много уже насушили?

-Я только начал собирать, но дичка есть. В прошлом году я на пятьдесят тысяч насушил, у меня постоянный покупатель из города есть, кафе там держит. Надеюсь на неплохой барыш и в этом году.

-На пятьдесят тысяч!-удивился Толик. -Здорово! Вы, наверно, все лучшие места здесь знаете?

-Родился здесь — стыдно не знать.

-Наверно, и названия всех гор здесь знаете?-спросил в свою очередь Артём.- Эта гора как называется?

-Названия не все знаю — зачем они мне. Хотя, конечно, всё как-то называется — старики знали, мы забыли…

Мужчина всё же рассказал ребятам какой стороны держаться при разветвлениях и даже вспомнил некоторые ориентиры.

…-Главное, дорогу назад запоминайте не то заблудитесь, не дай бог,-напутствовал он ребят на прощанье.

-Запомним!-обещали они и бодро зашагали вверх по склону…

-Надо же — на пятьдесят тысяч дички продал!-всё ещё удивлялся Толик. -Конечно, если все места знать… Расскажу про него бате — мы бы с ним все деревья подчистую обтрусили, а этому мужику на дерево не залезть, вот и оставляет половину.

-Брось ты расстраиваться — мой папа говорит, самое последнее дело чужим деньгам завидовать. Кроме того, надо же сушилку иметь, а у вас её нет, да и постоянного покупателя нет.

-Сушилку можно сделать,- неохотно возразил Толик.

-Этот дядька, может, кроме дички ничего больше и не знает. Такая большая гора, а он не помнит как она называется!

-Ну, лес-то он хорошо знает, где что растёт. Наверно, не только за дичкой ездит. Мотороллер имеет грузовой…

Поднялись на гребень и, не задерживаясь, прошли мимо пригорка, на котором делали привал. В лесу обнаружилось, что и по этой дороге когда-то давно, вероятно, не этим летом проезжали вездеходы — кое-где сохранились глубокие колеи с характерными отпечатками «ёлочкой». Наполненные водой колеи часто разветвлялись и, проходя близко вдоль них, Артём пугался прыгающих в воду лягушек, внимательно вглядывался в высокую траву под ногами — как бы не наступить на змею.

-Почему так много воды?-удивлялся он.-Ведь по вершине хребта идём! И дождя давно не было.

-Мочаки — здесь же глина кругом, а она воду не пропускает…

По лесу шли долго, с час. Как-то незаметно слева от дороги появился невысокий вал непонятного происхождения: то ли искусственного, то ли естественного. Когда Артём заглянул за него, то увидел параллельную дорогу с более свежими следами «ёлочкой». Это показалось странным — что за дорога, откуда появилась, почему отделена валом и куда ведёт? Понять было невозможно, поэтому решили идти там, где шли.

После пологого спуска и некрутого подъёма дорога, наконец-то, вывела их на поляну: хлипкая и колеистая в лесу грунтовка враз преобразилась в сухую и торную. Уже непривычное изобилие солнца слепило глаза… При выходе из перелеска на третью поляну увидели крутое ответвление влево, едва заметное в густой, непримятой траве. Накатанная дорога вела прямо через горбистую поляну, пошли по ней. У следующего перелеска увидели на обочине ежевичные кусты с незасохшими крупными ягодами. Сминая колючие стебли, набросились на них, но ягод оказалось мало — лишь раззадорился аппетит. Впрочем, кусты ежевики виднелись и впереди вдоль дороги, поэтому дальше шли внимательно вглядываясь по сторонам. И вдруг увидели в траве…резиновый сапог! Почти новый, с совершенно неистёртыми зубчиками подошвы. Настороженно осмотрели находку — может, кто оставил, чтобы взять после, да место забыл? Как можно было сапог потерять!.. Второго сапога нигде поблизости не было видно.

Дальше дорога повела так круто под гору, что Артёму невольно подумалось, а ведь на обратном пути по ней придётся карабкаться наверх. Крутой спуск привёл их в узкую долину с ручьём посредине и очень заросшими кустарником берегами. Дорога исчезла. Ребята растерянно огляделись по сторонам… Вдруг с той стороны ручья донёсся неясно-прерывистый перезвон.

-Вроде, колокольчики?-удивился Артём.

-Не колокольчики, а ботало,-пояснил Толик.-Там, наверно, табун пасётся.

Спустились по сыпучему склону к ручью, кое-как поднялись на противоположный берег и вскоре увидели коров, лежавших и пасущихся за перелеском. Пастухов почему-то не было видно.

-Пастухи! Э-э-й! Есть кто-нибудь!

Никто не откликнулся. Ещё покричали — бесполезно, лишь лежавшие неподалёку коровы с настороженным любопытством поглядели в их сторону.

-Спять, наверно,-предположил Артём.

-Всё равно услышали бы.

-Может, они без пастухов пасутся или заблудились?

-Ну да, коровы тебе заблудятся, как же!..

Было бы хорошо, конечно, спросить у пастухов, правильно ли они шли. Если не туда, то было еще время поискать озеро в другой стороне. Ребята сели в тени перелеска, чтобы отдохнуть и обдумать, куда идти дальше?

-Слушай, а это не та речушка, про которую говорил дядька? -и Артём вспомнил про ориентиры, о которых тот им говорил. -Если та, то где-то тут должен быть сгнивший мост…

Ребята вернулись к речке и пошли по краю берега вверх по течению: «Вот он!» Не без удовольствия обнаружили они найденный ориентир, полусгнившие брёвна бывшего моста узкоколейки. Значит, они шли верно и заветное озеро где-то неподалёку. Вскоре они наткнулись и на протоптанную тропинку, ведущую от берега речушки к оврагу за узкой поймой. Вход в овраг перегораживало давно упавшее толстое дерево. Ребята не без труда перелезли через толстый суковатый ствол и зашагали вверх по тропе..Тропа была непривычно каменистой здесь, а по обеим сторонам оврага виднелись даже валуны. Крутизна постепенно сглаживалась, вернее тропа уводила в продолговатую узкую ложбину, бока которой представляла собой вид жутковатый — острые гребни выглядели неестественно-ломаными с резкими перепадами зубчатых вершин. Местами тропу теснили скалисто-отвесные бока, но ложбина между тем постепенно расширялась и справа от тропы всё отчётливее обозначалась зелёная грязь болотца с запахом гнили, особенно резким там, где приходилось идти по самой его кромке. За грязевым болотцем последовало болото большего размера с заросшими осотом берегами и ряской на водной поверхности.

-Неужели это и есть озеро?-разочаровывался Толик.

-Это болото, а не озеро,-сердился Артём, ему не хотелось, чтобы таинственное озеро не оправдало ожиданий..

Тропа тем временем вывела путешественников еще на одно взгорье, с которого они, наконец-то, увидели между редкими стволами широкую водную гладь. С криками: «Ура!..Озеро!..» побежали к воде, но краю крутого спуска бежавший впереди Толик вдруг резко остановился и смолк — на ближнем берегу-мыске дымил костёр, а двое мужчин рыбачили удочкми.

-Ты чего?-не понял Артём.

-Тише. Вдруг это те бандиты, что из колонии сбежали…

Чувство опасности передалось и Артёму. Они спрятались за толстыми стволами, чтобы понаблюдать за подозрительными рыбаками. Один из них перешёл на бугор справа от мыска, следом за ним побежала крупная, похожая на овчарку собака, до этого невидно лежавшая за камышами.

-Слушай, а это не пастухи того табуна?-предположил Артём.

-Наверно, пастухи если с собакой. Пока коровы лежат, они рыбачат. Одного я кажется видел на хуторе, того, что на бугор перешел.

Перешедший на бугор тем временем сел там на пенек в тени старого дуба и забросил спиннинг с высокого берега. Собака, нюхая землю, пробежала мимо него дальше, в низину за бугром. Облаяла там кого-то и вернулась к хозяину, задрав ногу, помочилась на толстые корни дуба. После этого подняла голову и, принюхиваясь, поглядела в сторону ребят. Они насторожились — неужели почуяла их? Но собака опустила голову и побежала на мысок. Найдя второго мужчину на месте, опять подняла голову в сторону ребят — мысок был ближе к ним, чем бугор. Они затаили дыхание, но собака залаяла-таки в их сторону, привлекая внимание хозяев. Более скрываться становилось бессмысленно — еще набросится, и ребята спустились по крутому склону, но не к мыску, а левее, к небольшому болотистому заливу с густыми зарослями камыша у берега. Обошли его и оказались на узкой площадке-береге у подножья горы. Озеро с неё открылось как на ладони.. Продолговатое с двумя большими заливами по бокам полуострова на противоположном, дальнем берегу. Оно не могло поразить величием, а отражавшиеся в воде горы вокруг не потрясали красотой — невероятен был сам факт существования озера в местности, где самую большую речку можно было перейти вброд. Судя по свежему кострищу, примятой траве и мусору на площадке, озеро было не такое уж и заброшенное. Толик деловито обследовал мусор:

-А бутылок-то!..А банок!..Пивные надо будет собрать — алюминий дорого принимают, не с пустыми же руками домой возвращаться.- и он принялся сминать ногой банки из-под пива, складывая их в рюкзак.

-Ты как хочешь, а я на озеро не за добычей пришёл,-возразил Артём.-Давай лучше искупаемся.

Спустились к воде, чтобы пощупать ее — опережая их, с берега одна за другой прыгали гревшиеся на траве лягушки, да крупные! Вода была тёплая и довольно-таки прозрачная — на видном дне просматривались стволы упавших деревьев и рыхлый ил.

-Нет, я купаться не буду — топко,- отказался Толик, рыхлый ил не не внушал ему доверия, он привык к каменистому речному дну.

-А я искупаюсь. Побывать на озере и не искупаться!-Артём разделся и спрыгнул на мелководье — ноги увязли в иле почти по колено. Жутковато было купаться в незнакомом месте, но и отступать было поздно. Осторожно ступая, сделал пару шагов — дальше от берега было круто глубже. Нырнул и под водой увидел удирающих от него лягушек. Описал полукруг и выбрался на берег в том же месте, где нырнул:

-Здесь,наверно, и раки водятся…

Но Толика предположение о раках не заинтересовало, он собирал и сминал, чтобы занимали меньше места в рюкзаке, пивные банки в изобилии валявшиеся по краям площадки. Артём же продолжал любоваться окрестностями озера, пытаясь представить себе хатки хутора на берегах:

-Как думаешь, хутор где был?

-В низине за бугром, наверно — там место самое подходящее, и для дома, и для огородика.

-Не хотелось, наверно, людям с такого места уезжать!-вздохнул сочувственно Артём…

У пастухов, видимо, не клевало. Первым бросил рыбачить тот, кто перешёл на бугор. Он вернулся на мысок и сел за столик в его глубине. Вскоре к нему присоединился и второй пастух, пожилой. Они доели обед, затоптали дымивший костёр и ушли. Собака так больше и не гавкнула на ребят после того как хозяин прикрикнул на неё. «Умная!»-восхищённо заключили они, провожая уходивших взглядами. Когда пастухи с собакой скрылись за бугром, они перешли на мысок, чтобы осмотреть и это место. Столик с двумя сиденьями по бокам был сооружён из жёрдочек — Артём невольно подивился смекалке сделавших их. Под столом лежал бумажный мешок и Толик, конечно же, заглянул в него: «Картошка!».Пошарив в мешке, он извлёк оттуда начатую пачку соли и полбуханки серого хлеба:

-Давай печёнок напекарим!

-Как это — напекарим? -не понял Артём.

-Неужели не знаешь? Вот что знаешь в городе жить! Зароем в угли картошку — она и спечётся. Вкуснятина! Мы с батей часто пекарим — он в Сибири научился, когда маленький был…

Прутиками подгребли в кучу тлевшие угли, сверху положили сухих веток и раздули жар — костёр возобновился. Пока костер разгорался, обследовали мысок по низким краям заросший камышом. Кроме пивных банок и бутылок тут валялись срезанные для ужения палки, некоторые даже с обрывками лески, даже по нескольку метров. Одно такое удилище, лежавшее концом в воде, Толик поднял — и оно оказалось с леской. Но леска не выдёргивалась из воды. Он стал тянуть её и дёргать в какие только можно было стороны — безуспешно: леска толстая, порвать такую непросто и зацепилась основательно.

-Поэтому и оставили, что вытянуть не смогли, -понял Артём. — И лесть туда опасно — коряги.

В костре тем временем раскалились старые и нагорели новые угли. Толик разгрёб их, набросал в углубление картофелин и загрёб. Поверх пылающего жаром слоя надвинул с краёв кострища недогоревшие концы веток:

-Пусть догорают — для большего жара…

Коротая время ожидания, поднялись на бугор, с которого рыбачил второй пастух. С бугра хорошо просматривался полуостров между заливами. Увидели там шалаш, крытый целлофановыми мешками. Там, вероятно, было самое лучшее для рыбалки место… Решили осмотреть и место, где, возможно, был хутор. Только спустились в заросшую высокой травой и камышом низину за бугром, как шедший впереди Толик настороженно замер:

-Змея!

-Где, где? -испуганно спросил Артём, ему тоже захотелось увидеть змею.

Большая змея лежала на тропинке, преграждая путь. Артём приготовился убегать, а Толик похлопал в ладоши, пытаясь спугнуть её:

-Не шевелится — да она дохлая!

У змеи была расплющена голова. Толик потрогал ее прутиком:

-Это на нее, наверно, собака гавкала.

-Пошли назад — ну ее! -волновался Артём, он побаивался даже мёртвой змеи…

Воротились к костру и Толик начал выкатывать прутиком обугленные картофелины.

-А как узнать — спеклась или нет?

-Если разламывается — спеклась, если нет — нет.

Артём взял было картофелину, но сразу же бросил:

-Жжёт — держать невозможно

-Эх ты! Учись! -Толик схватил самую обугленную картофелину и, подкинув ее несколько раз, ловко разломил — изнутри аппетитно запарило. -Можно и не разламывая — сжать слегка — появится трещина — ошкуривай. Удивляюсь, как это вы с отцом в походы ходили, а картошку в костре не пекли… На, попробуй, -отдал он ошкуренную картофелину Артёму.

-Мы даже не брали ее никогда с собой. -Артём хотел было макнуть картофелину в соль, но Толик не позволил:

-Ты что! Печёнки без соли едят!..

Есть чужой хлеб заопасались — неизвестно, что это за хлеб…

О том, что приближается вечер и пора возвращаться домой, вспомнили лишь когда тень от деревьев на вершинах близких гор начала накрывать озёрную гладь. Одним духом вскарабкались на бугор, спустились по уклону вдоль болотцев в ложбине, прелезли через ствол упавшего дерева и пересекли пойму речушки. Попили и набрали холодненькой водички в ней — на дорогу. С трудом преодолели очень крутой и затяжной подъём, лишь на вершине его сели на траву, чтобы отдышаться и попить водички… Ветер к концу дня стих и ветви деревьев поникли — притихший, будто уставший за день лес больше не казался Артёму угрюмо-враждебным, как это было вчера вечером.

…Спустя, примерно, полчаса они благополучно вышли на часто разветвляющуюся колеистую грунтовку на дугообразном гребне лесистого хребта, но не заметили как оказались по другую сторону вала непонятного происхождения… Про то, что был вал с параллельной дорогой за ним вспомнили только после того как перестали узнавать колеи.

-Придётся возвращаться,-расстроился Толик.

-Зачем? Идти по другой дороге даже интересней!

-А если она не к трассе ведёт?

-На запад, значит, к трассе — больше некуда. Я следил — на озеро мы на восток шли…

Дорога вела чуть под гору наискось поросшего дубняком склона, судя по относительно свежим глубоким колеям, по ней ездили на колёсных тракторах этим летом. К тому же, здесь не было луж, которые им приходилось бы обходить стороной, как не было и топкой грязи, поэтому путешественники шли между колеями и довольно-таки ходко… Не скоро, но утомительно-долгая дорога всё же вывела их на трассу, правда еще дальше от хутора, за взгорком с поворотом, от которого они начали пеший путь к озеру… Идти по асфальту не хотелось, Увидели толстое бревно за кюветом обочины, сели на него передохнуть и стали ждать попутную машину — с бревна трасса просматривалась далеко в обе стороны. Впрочем, особенно рассиживаться было рискованно — вдруг попутки долго не будет, а солнце уже приближалось к горизонту, и часа не пройдёт как начнутся сумерки. А с наступлением темноты их непременно хватятся дома: обеспокоенные старики начнут искать Артёма и Толика отец может отодрать ремнём, если, конечно, уже придёт с работы.

…Они уже приближались к повороту на взгорке, когда их догнал колёсный трактор с возом сена на прицепе. В тесной кабине уже сидело трое мужиков, но ребята все же подняли руки: «Подвезите!» Тракторист приотворил застеклённую дверцу. Крикнул им:

-Некуда!

-На воз, на воз!..

Проехав было мимо, трактор остановился. Из кабины спрыгнул коренастый парень, подпоясанный солдатским ремнём:

-А не упадёте?

-Не упадём!..

Парень подсадил их на высоковатый воз:

-Крепче держитесь там!..

Воз был прижат к прицепу веревкой — так что держаться было за что. Ребята легли вдоль веревки:

-Поехали!

Трактор взревел, выпустив из трубы над кабиной чёрные клубы выхлопных газов, и резко дёрнул прицеп — воз лишь плавно качнулся. Путешественники тихо радовались — хорошо ехать на сене, мягко.

При въезде на хутор обогнали табун. Пастухи шли по обочине и ребята узнали в них рыбаков на озере.

-Эгей!-крикнул им Артём и приветливо помахал рукой.

Те тоже узнали ребят — улыбнулись в ответ…

Не проехав и половины длинной улицы, трактор свернул в проулок и вскоре остановился напротив хаты со множеством построек хозяйского назначения.

-Приехали!- «обрадовал» ребят тракторист, спрыгнув с подножки.

Они разочарованно спустились по веревке к переднему борту, а после и спрыгнули в его руки. Поблагодарили и растерянно огляделись: куда идти? К кладке — далеко, вернуться к началу хутора — тоже далеко.

-А что если напрямик дёрнем, вброд через реку, — предложил Толик.

-Давай, если так ближе и там неглубоко,-неуверенно согласился Артём, усталость после поездки на мягком сене чувствовалась острее…

Проулок упирался в густой высокий кустарник. Лишь приблизившись к нему почти вплотную, ребята разглядели проход с тропинкой, идти по которому можно было только в наклон, то и дело цепляясь одеждой за колючие ежевичные кусты. Но она вывела их на каменистый берег узкой в этом месте, а потому с бурным течением реки, зато на противоположной стороне её виднелись крайние хаты их улицы… Решили переходить. Сняли кроссовки, брюки, но идти босиком по острым камням с непривычки было больно, а в воде и скользко. Пришлось обувь надеть, хотя теперь без носков.

-По бурным речкам вброд надо «стенкой» переходить, -вспомнил Артём слышанные от отца туристские правила техники безопасности.

Обнялись за плечи и вошли в быстрый поток, стремясь двигаться строго поперек реки. Более рослый и крепкий Толик рассекал поток первым.

-Не смотри под ноги, а то голова закружится,- предупредил его Артём.

-Знаю.

Но смотреть приходилось невольно — чтобы не ступить на большой, скользкий камень, дно просматривалось… Чем дальше оставался берег, тем плотнее обволакивал ноги водяной поток — малейший неосторожный шаг — потеряешь равновесие и понесёт по перекату, переворачивая, как корягу. Поэтому главное тут — не испугаться, не паниковать если даже поскользнёшься. Один раз Артём поскользнулась-таки, но еще крепче прижался к Толику и устоял. Остановились, чтобы обрести уверенность, и пошли дальше. Поток бил уже выше колен, захлёстывал трусы. Мокрые трусы и мокрые кроссовки — за это точно могли наругать дома, но Толик больше почему-то беспокоился о том как бы не намочить рюкзак на спине.. Берег-бугор между тем приближался, заслоняя собой хаты. Выбравшись на сухое место в его тени, ребята разулись и сняли трусы, чтобы выжать их. Выжимать кроссовки было бесполезно, их надо было сушить, поэтому надели их на сухие носки, которые враз тоже оказались мокрыми.

В улице трещала бензопила. Оказалось, это отец Толика распиливал на чурбачки толстый ствол засохшего дерева, притянутый откуда-то волоком.

-Где ты шляешься?-встретил он сына.

-С Артёмом… играли.

-В гости приехал?-смягчившись, спросил отец Артёма.- С отцом?

-Я один приехал!

-Самостоятельный! Молодец!

-А я пивных банок полный рюкзак насобирал,- похвастался Толик.

-Тоже молодец…

Убедившись, что у Толика обошлось без порки. Артём поспешил домой.

Дедушка с бабушкой сидели на лавочке у калитки — вечеряли:

-Что-то ты, парень, поздно сегодня! Мы уже волнуемся.

-А, с Толиком играли,-уклонился по примеру товарища Артём.

-Отрываешь его от дела — ему родители задание на день дают.

-Только куриц с поросёнком утром накормить, да продуктов купить! Сестрёнку в садик не надо водить — ремонт там. Тоже отдыхает перед школой!.

-У его отца не очень-то наотдыхаешь — этот сам не упустит и сына таким воспитывает… Пойдём — накормлю тебя,- и бабушка повела внука в летнюю кухню, где у нее остывал давно приготовленный ужин.

Пока Артём ел, она привычно расспрашивала его о подробностях их жития-бытия в городе — в который раз одно и то же: чем кормит их мать, вкусно ли готовит, какие продукты покупают, часто ли ругаются родители и кто первым начинает…

ст. Самурская

Print Friendly, PDF & Email
0

Оставьте комментарий

Пожалуйста оставьте Ваш комментарий
Введите Ваше имя